Сheatsplace.ru

Медицина и лекарственные средства

Жень-Шень

«Женьшеневая лихорадка»

Необыкновенная слава растения породила настоящую «женьшеневую лихорадку» и стала причиной многих трагедий и преступлений. В 1709 г. Император Кань Хи ввел абсолютную монополию на сбор женьшеня. Поиски, добыча целебного корня были строго расписаны. Сборщики, получившие специальное разрешение на сбор, отправлялись в тайгу под охраной. Только на опушке леса каждому определяли место поисков и место выхода из тайги. На строго обозначенное время поиска выдавался необходимый запас пищи. Леса Китая, в которых тысячелетиями велся сбор женьшеня, были истощены, поэтому с середины XIX в. самым продуктивным местом добычи корня стал Уссурийский край. Ежегодно около 30 тыс. китайцев отправлялось в тайгу. В. К. Арсеньев писал: «Надо удивляться выносливости и терпению китайцев, в лохмотьях, полуголодные и истощенные, они идут без всяких дорог, целиною. Сколько их погибло от холода и голода, сколько заблудилось и пропало без вести, сколько было растерзано дикими зверями! И все-таки чем больше лишений, чем больше опасностей, чем угрюмей и неприветливей горы, чем глуше тайга и чем больше следов тигров, тем с большим рвением идет искатель-китаец. Он убежден, он верит, что все эти страхи только для того, чтобы напугать человека и отогнать его от места, где растет дорогой панцуй».

Увидя скромный стебелек растения, искатель почтительно опускается на колени и, прочтя заклинания, внимательно изучает само растение и его окружение. Он с величайшей осторожностью разгребает вокруг него старые сопревшие листья и специальной костяной лопаточкой начинает бережно выкапывать его, стараясь не повредить самые тонкие мочки. Особенно внимательно изучается форма корня, так как она в основном определяет ценность находки. «Если божественные силы создали целебный корень по образу и подобию человека, то и форма его должна напоминать человеческую фигуру» - в этом и сейчас убеждены китайские врачи. Молодые растения, имеющие 1-2 листа, не выкапывались, сохранялись на будущее. При этом все вокруг приводилось в прежнее состояние: на место вытоптанной травы подсаживалась свежая, примятая трава поднималась, а само растение «замыкалось», т. е. на высоте 25-30 см стебелек окружался красной веревочкой, концы которой прикреплялись на две деревянные рогульки. Такой «запертый» женьшень никто не смел тронуть. На обратном пути удачливые искатели могли стать жертвой поджидавших их разбойников, хунхузов. На выходе из тайги в установленном месте сборщика ожидали чиновники, которые строго учитывали весь сбор. Только после этого разрешалось идти к императорскому дворцу. При переходе через Великую китайскую стену сборщик платил особую дань за собранные корни. Принимая корни, чиновники снижали плату ему за всевозможные нарушения. К этим нарушениям относились нарушение сроков пребывания в тайге, отклонения от маршрута, повреждения корней и т. п. В итоге сборщик получал за свой труд ничтожную плату. Корни самого высокого качества поступали в распоряжение императора, а менее ценные продавались придворной знати. В конце XIX в. в среднем за сезон добывалось около 4000 корней общей массой около 36 кг. Средняя масса корней составляла 20-40 г. Корни массой 100-200 г считаются большой редкостью. Самый крупный из известных корней был обнаружен в 1905 г. при строительстве железной дороги в Маньчжурии. Масса его равнялась 600 г, а возраст растения, по мнению ученых, был около 200 лет. Этот корень продали за 5 тыс. долларов, что, по мнению маньчжурских купцов, не составляло и половины его стоимости.

Существовал очень оригинальный способ определения настоящего корня от поддельного. Бегунам на семимильное расстояние давали в рот корень женьшеня. Если корень был настоящим - бегун выигрывал, если поддельный проигрывал.

В Европу первые сухие корни женьшеня были привезены голландскими купцами в 1610 г. Закупив большую партию корней, они рассчитывали выгодно продать их дома. Но европейцы к тому времени уже научились скептически относиться ко всякого рода всеисцеляющим средствам, которые трудами алхимиков довольно часто появлялись на рынке. К тому же не были точно известны способы использования корня. И почти в течение столетия злополучные корни были объектом злых насмешек. Но на Востоке его популярность продолжала расти. Там он считался самой большой ценностью. Китайские императоры присылали его в подарок французскому королю Людовику XIV. В 1725 г. римский папа получил богатую посылку с корнями. С этого времени и начинает расти слава женьшеня в Европе. Первое письменное сообщение о женьшене здесь сделал Семедо Альваро в 1642 г.

В России о женьшене впервые узнали в 1675 г. из сочинения русского посла в Китае боярина Н. Г. Спафария. Сочинение называлось «Описание первой части вселенной, именуемой Азии, в ней же состоит Китайское государство с прочими его городами и провинции». В нем Спафарий пишет: «Корений же и трав у них великое множество, а дороже всех и похвальнее есть чинзен , и именуют его так, что всякому человеку он пристоит , и тот корень варят и дают тем, которые слабы от долгой немочи и великую помощь подают». Перейти на страницу: 1 2 3 4 5